June 10th, 2005

Прозрец...

Один из самых показательных примеров нашей, особенно характерной для интеллигенции непоколебимости - отношение к Соединенным Штатам Америки.

Отношение это формировалось в коммунистические времена, когда диссидентски или полудиссидентски настроенные круги советского общества смотрели на США как на главного оппонента нашего уродливого и бесчеловечного политического строя.

И вот прошли, как пишут в романах, годы. Нет - и, уверен, никогда уже не будет - той советской власти, с тотальным контролем частной жизни, с парткомами и выездными комиссиями, с дефицитом и всеобщим лицемерием, с не знающей исключений и параноидально подозрительной цензурой, с полной милитаризацией отечественной экономики и поддержкой террористов по всему миру... А Америка есть - и обнаружилось, что это совсем не та страна, которую мы так любили за ее свободу, уважение к человеку, за ее нажитое трудом и умом богатство, за ее вольную культуру.

А интеллигенция наша, во всяком случае, наиболее непримиримо либеральная ее часть, по-прежнему зачарованно смотрит на Америку и повторяет, как в семидесятые: "Цивилизованный мир нас осуждает... Америка критикует..." Не замечая, что нынешняя Америка оголтелой политкорректности и ограничения гражданских свобод, экспорта демократии и выборочной борьбы с терроризмом, воюющая с педофилами так, как некогда с коммунистическими агентами, и культивирующая внутри себя доносительство, превосходящее советское - это, как уже сказано, совсем другая страна, чем та, которую мы так любили в молодости.

Раньше я был на твоей стороне, Америка, потому что хотел добра России - то есть, хотел, чтобы коммунистическая напасть кончилась. И в Америке я видел тогда силу, которая поможет нам справиться с этим кошмаром. Теперь я вижу, что Америка не за лучшую Россию, а против всякой. Мы их заботим только как потенциальные соперники, и это не то соперничество, в котором упавшему помогают подняться на ноги.


Что тут комментировать? Хотелось бы сказать "лучше поздно, чем никогда", да только, боюсь, что уже слишком поздно. Человек всю жизнь любил чужую страну, а потом выяснилось, что он никому там не нужен, никому не интересен, что для сытых "свободоносителей" он как чумной пес, которому надо перебить спинной хребет, чтобы он уж точно не выполз со своей помойки. Пусть радуется, если его тихо усыпят - сдохнет и не заметит. Он театрально заламывает руки в жесте "я вас любил", глядя на разжиревшее на макдональдсовских харчах тулово: "как вы изменились, Америка". Да нет, она осталось такой же - изменился сам интеллигент. Прозрел на старости лет, рассмотрел идола, на которого молился. Впрочем, либерал не сильно изменился - и сейчас мы видим позу: "Мы разошлись - прости, Америка." Потому что сказать "Прости Россия" он не в состоянии. Он же хотел добра. Чужого заграничного добра. Не понимает человек, что из ядовитой слюны, которая брызгала с интеллигентских губ, выкрикивающих проклятия в адрес "Рашки" народилось новое племя подлецов и предателей. Эти-то рефлексиями мучаться не будут. Они уже рождаются с ценниками.